Внешняя и внутренняя игра

Тот факт, что основоположник коучинга Тимоти Голви был в своё время теннисистом, и что многие метафоры внутренней игры он взял именно из тенниса, имеет для меня особое значение. Сам я начинал играть в теннис в те далёкие времена, когда этот вид спорта считался чем-то чуждым для советского человека, носящим привкус элитарности, а стало быть, и буржуазности. Что, впрочем, не мешало уже тогда нашей стране растить великолепных игроков и чемпионов. А сочетание увлечения теннисом и учёбы в ИнЯзе было для «простых людей», окружавших меня в то время, поводом для раздражения, граничившего с неприязнью. Хотя должен сказать, что и среди тех самых «простых людей» были люди просто симпатичные и близкие мне по духу. А среди ИнЯзовской и теннисной «элиты» попадались субъекты, общение с которыми я старался сводить к минимуму. Тогда я и начал понимать, что главные, знаковые качества каждого человека не имеют прямого отношения ни к его образованию, ни к его окружению, ни даже к воспитанию.

Начал играть я поздно, лет в четырнадцать, в спортивной  школе сызмальства не занимался, и в итоге играл себе на любительском уровне, хотя и неплохо. Но прежде чем выйти на корт по-серьёзному, много  времени я проводил у деревянной зелёной стенки, в которую часами стучал мячом. А стенка бесстрастно,  терпеливо и объективно возвращала мне те удары, которые я в неё посылал. Это было для меня важным уроком. «Стенка — твой лучший партнёр», говорил мне покойный Анатолий Васильевич, тогдашний директор стадиона «Связист», что в Сокольниках. Там я и устроился работать после службы в армии — за крошечную зарплату и постоянный доступ на корты.

Но однажды к упражнениям у стенки добавился ещё один важный фактор. Было яркое июльское утро, в Сокольниках пели птицы, а я уже полчаса вколачивал мячи в стену. И тогда наш инструктор по теннису Андрей, оказавшийся в те минуты свободным, занял позицию сзади и сбоку от меня и стал давать мне инструкции: «Смотри на мяч!» «Замах заранее!» «Боком к мячу!». Он не говорил мне ничего такого, чего я не знал до этого. Теоретически. Но преодолев раздражение, я уже через несколько минут стал замечать, что меткость и эффективность моих ударов в стенку заметно повысилась. С тех пор такие занятия стали регулярными, а Андрей позже надолго стал моим настоящим партнёром на корте. Я ни разу у него не выиграл, но такой цели я и не ставил. Главное — мы оба получали удовольствие от игры.

Потом я  «заразил» теннисом  нескольких друзей, приводил на корты хороших знакомых и вообще цинично пользовался служебным положением, хорошими отношениями  и любой возможностью, чтобы сыграть сет-другой. В разное время моими партнёрами были разные известные люди. Я играл с Савелием Крамаровым, который тогда собирался уезжать в Штаты. К слову сказать, Крамаров был очень тренированным и физически крепким человеком, что чувствовалось и на корте.  Играл с космонавтами Серебровым и Гречко — это уже на наших зимних крытых кортах.  Я был любитель-самоучка, но очень любил теннис, был очень упёртым, а главное — я много тренировался у стенки. И при каждой возможности звал Андрея или ещё кого-нибудь, кто зудел бы мне сзади и сбоку: «Смотри на мяч!».

В прошлом году после значительного перерыва я снова стал играть в теннис. И снова начал со стенки. Мне иногда не хватает того, кто бы мне позудел. Приходится делать это самому. И это — та самая внутренняя игра. А игра внешняя вместе с внутренней — она происходит больше в коучинге, когда мне приходится не только зудеть сзади-сбоку, но и быть тем, кто бесстрастно, терпеливо и объективно возвращает клиенту его удары. Прежде чем он выйдет на корт.

 

 

1 thought on “Внешняя и внутренняя игра”

  1. Прекрасная зарисовка. Вероятно,очень многие из нас нуждаются в именно в Такой помощи..

    Ответить

Leave a Comment